Share Next Entry
3. Пути развития независимых государств Центральной и Южной Африки во II половине XX века.
dgpu
На африканской земле произошло одно из первых столкновений с фашизмом, предшествовавших второй мировой войне: захват Италией Эфиопии в 1936 г.
В годы второй мировой войны военные действия в Тропической Африке велись только на территории Эфиопии, Эритреи и Итальянского Сомали. В 1941 г. английские войска вместе с эфиопскими партизанами и при активном участии сомалийцев заняли территории этих стран. В других странах Тропической и Южной Африки военных действий не велось. Но в армии метрополий были мобилизованы сотни тысяч африканцев. Еще большему числу людей приходилось обслуживать войска, работать на военные нужды. Африканцы сражались в Северной Африке, в Западной Европе, на Ближнем Востоке, в Бирме, в Малайе. На территории французских колоний шла борьба между вишистами и сторонниками "Свободной Франции", не приводившая, как правило, к военным столкновениям.
Политика метрополий по отношению к участию африканцев в войне была двойственной: с одной стороны, стремились использовать людские ресурсы Африки как можно полнее, с другой - боялись допускать африканцев к современным видам оружия. Большинство мобилизованных африканцев служили во вспомогательных войсках, но многие все же прошли и полную боевую подготовку, получили военные специальности водителей, радистов, связистов и т.д.
Изменение характера антиколониальной борьбы сказалось в первые же послевоенные месяцы. В октябре 1945 г. в Манчестере состоялся V Панафриканский конгресс. Он знаменовал собой наступление качественно нового этапа в борьбе африканских народов. Африку представляло неизмеримо больше стран и организаций, чем на предыдущих конгрессах. Среди 200 участников были Кваме Нкрума, Джомо Кениата, Хастингс Банда - впоследствии президенты Золотого Берега, Кении, Ньясаленда, южноафриканский писатель Питер Абрахамс, видные общественные деятели. Председательствовал на большинстве заседаний Уильям Дюбуа, которого называли "отцом панафриканизма".
Победа антигитлеровской коалиции окрылила участников конгресса надеждой на перемены во всем мире. Антиколониальный и антиимпериалистический дух возобладал на конгрессе. Было обсуждено положение во всех регионах Африки, во многих африканских странах. Среди резолюций наибольшее значение имели три: "Вызов колониальным державам", "Обращение к рабочим, крестьянам и интеллигенции колониальных стран" и "Меморандум к ООН". Конгресс выступил с новыми, революционными требованиями и сформулировал их как в масштабе континента, так и конкретно для всех крупнейших регионов и стран.
Для большинства стран Африки послевоенные годы стали порой создания политических партий. Они появлялись в Африке и прежде, но зачастую по своему характеру больше походили на дискуссионные кружки и не имели тесных связей с народными массами. Партии и организации, возникшие на исходе второй мировой войны и особенно после ее окончания, были, как правило, уже иными. Они сильно отличались друг от друга - это отражало и пестроту самой Тропической Африки и отличия в уровнях развития ее народов. Но среди этих партий и организаций были весьма сплоченные и довольно долговечные, тесно связанные с практической антиколониальной деятельностью. Они устанавливали связи с рабочим и крестьянским движением, постепенно расширяли социальную базу и приобретали черты общенациональных фронтов, хотя порой и на моноэтнической базе. Тактика партий также изменилась. Они начали обращаться непосредственно к массам. Проводились митинги, кампании неповиновения, широкие бойкоты иностранных товаров.
С конца 40-х - начала 50-х годов массовые демонстрации, переходящие в кровавые столкновения с полицией, стали характерной чертой времени. Вооруженные выступления произошли в 1947 г. на Мадагаскаре и в 1949 г. на Береге Слоновой Кости. В 50-х годах развернулась вооруженная антиколониальная борьба народов Кении и Камеруна. Вторая половина 50-х годов стала временем борьбы за свержение колониальных режимов.
Все это происходило на фоне распада колониальных империй в Азии, кровавых войн во Вьетнаме, Алжире и других колониальных и зависимых странах. Метрополии шаг за шагом отказывались от прежних методов господства. В 1957 г. провозгласил свою независимость британский Золотой Берег, назвав себя Ганой, в память средневекового западноафриканского государства. В 1958 г. этому примеру последовала Французская Гвинея. Эти первые шаги были восприняты всей Африкой как символ грядущей деколонизации континента. Одна за другой проводились общеафриканские конференции с главным требованием: добиться свержения колониальных режимов.
ГОД АФРИКИ
Кульминацией процесса деколонизации стал 1960 г. Он вошел в историю как "Год Африки". На карте мира появились 17 новых африканских государств. Большинство из них - французские колонии и подопечные территории ООН, находившиеся под управлением Франции: Камерун, Того, Малагасийская Республика, Конго (бывшее Французское Конго), Дагомея, Верхняя Вольта, Берег Слоновой Кости, Чад, Цент-ральноафриканская Республика, Габон, Мавритания, Нигер, Сенегал, Мали. Независимыми были провозглашены самая крупная страна Африки по численности населения - Нигерия, принадлежавшая Великобритании, и самая большая по территории - Бельгийское Конго. Британское Сомали и подопечное Сомали, находившееся под управлением Италии, были объединены и стали Сомалийской Демократической Республикой.
1960-й изменил всю обстановку на Африканском континенте. Демонтаж остальных колониальных режимов стал уже неотвратим.
Суверенными государствами были провозглашены: в 1961 г. британские владения Сьерра-Леоне и Танганьика; в 1962 - Уганда, Бурунди и Руанда; в 1963 - Кения и Занзибар; в 1964 - Северная Родезия, назвавшая себя Республикой Замбия (по названию реки Замбези), и Ньясаленд (Малави). В том же году Танганьика и Занзибар объединились, создав Республику Танзания. В 1965 г. - Гамбия; в 1966 г. Бечуаналенд стал Республикой Ботсвана и Басутоленд - Королевством Лесото. В 1968 г. -Маврикий, Экваториальная Гвинея и Свазиленд; в 1973 - Гвинея-Бисау. В 1975 г. после революции в Португалии обрели независимость ее владения Ангола, Мозамбик, Острова Зеленого мыса, Коморские острова, Сан-Томе и Принсипи; в 1977 -Сейшельские острова, а Французское Сомали стало Республикой Джибути. В 1980 г. Южная Родезия - Республикой Зимбабве, в 1990 г. подопечная территория Юго-Западная Африка - Республикой Намибия.
Провозглашению независимости Кении, Зимбабве, Анголы, Мозамбика и Намибии предшествовали войны, восстания, партизанская борьба. Но для большинства африканских стран завершающий этап пути был пройден без крупных кровопролитий, он стал результатом массовых демонстраций и забастовок, переговорного процесса, а в отношении подопечных территорий - решений Организации Объединенных Наций.
Большинство новых государств объявили себя республиками, многие, прежде всего из бывших французских владений - президентскими республиками. Королевствами провозглашены Лесото и Свазиленд. Президент Центральноафриканской Республики Ж.Б. Бокасса, пришедший к власти в результате военного переворота 1966 г., в 1976 г. объявил себя императором, а страну - империей, но в 1980 г. в результате следующего военного переворота он был свергнут и страна снова стала республикой.
В сознании африканцев понятие "колониализм" было связано с господством Европы. Поэтому антиколониальная борьба нередко выливалась и в отрицание всего европейского.
Эти стихи написаны по-французски и названы "Молитва на французский мотив". Но решения многих африканских правительств - это уже не эпатаж. Секу Type, первый президент Республики Гвинея, призвал сограждан возродить в себе все африканское и отбросить все привнесенное, т.е. европейское. Все же большинство государств Африки провозгласили своими официальными языками европейские, а те, что выбрали один из местных языков, наряду с ним поставили язык бывшей метрополии.

РЕЖИМ АПАРТХЕЙДА И ЕГО КРУШЕНИЕ
Уход колониальных режимов завершился в Африке с падением режима апартхейда.
Расистские порядки существовали на Юге Африки со второй половины XVII в., со времени создания Калекой колонии, основанной голландцами и в начале XIX в. перешедший в руки англичан. В Южно-Африканском Союзе был узаконен режим расовой сегрегации. Он резко ужесточился с 1948 г., когда к власти пришла африканерская Национальная партия. Ее официальной доктриной был провозглашен "апартхейд" (дословно - "раздельное существование, раздельное развитие"). Это означало, что различные расовые группы должны существовать порознь, не смешиваясь и минимально соприкасаясь в быту и в трудовой деятельности. Каждой из них отводилось свое место в расовой иерархии: белым - самое высокое, черным - самое низкое. Особое положение белых, существовавшее и прежде, законодательно закреплялось множеством привилегий, вплоть до резервирования за ними рабочих мест в промышленности. Это устраняло для белых проблему безработицы и призвано было сделать их еще более прочной опорой режима.
Черные не пользовались правом участия в выборах. Даже система начального образования для них создавалась особая, дающая намного меньший объем знаний. Политические организации, выступающие против этих порядков, запрещались. Коммунистическую партию запретили в 1950 г., Африканский национальный конгресс - в 1960 г. Они возобновили деятельность как нелегальные.
Против режима апартхейда выступало не только население, поставленное в бесправное положение, и группы белых, протестовавшие против этой несправедливости, но и международное сообщество. ООН приняла ряд мер для бойкота режима апартхейда. Важную роль сыграл и Советский Союз, энергично помогавший южноафриканским коммунистам и Африканскому национальному конгрессу. Внутри британского Содружества режим апартхейда оказался изолирован, и власти страны в 1961 г. провозгласили ее Южно-Африканской Республикой (ЮАР), уже вне Содружества.
В результате продолжавшегося несколько десятилетий внутреннего и внешнего давления правительство ЮАР, во главе которого в 1989 г. встал Фредерик де Клерк, пошло наконец на демократические меры. В 1990 г. был снят запрет со всех запрещенных политических партий, а политических заключенных выпустили из тюрем. На прошедших в 1994 г. первых в истории ЮАР всеобщих парламентских выборах победу одержал Африканский национальный конгресс, и его лидер Нельсон Мандела, проведший в заключении 27 лет, стал президентом ЮАР.
Переход власти от белых к черному большинству не сопровождался ни кровавой баней, которую ожидали многие, ни даже сколько-либо серьезными эксцессами в отличие от всех других стран Африки со значительным белым населением (Алжир, Ангола, Мозамбик, Родезия-Зимбабве, Кения), где такая смена власти была связана с гражданскими войнами или вооруженными восстаниями. В этом заслуга Африканского национального конгресса и особенно Нельсона Манделы. Несомненную роль сыграло и то обстоятельство, что в ЮАР переход власти происходил уже после окончания "холодной войны", когда внутренние противоречия африканских стран не подогревались извне.
Новая власть поставила своей целью покончить с расовой дискриминацией большинства населения страны. Были разработаны программы улучшения условий жизни и образования для тех, кто подвергался дискриминации, для их включения в те виды деятельности, которые прежде были монополией белых. Вместе с тем правительство стремилось не предпринимать действий, которые бы нанесли ущерб важным для страны экономическим структурам. Эта политика не вполне удовлетворяла все расовые группы. Оказалась разочарована значительная часть черного населения, полагавшая, что с переходом власти ее положение улучшится немедленно и кардинально. А в среде белых росла неуверенность в будущем и боязнь развития черного расизма. Началась эмиграция белой молодежи.
Все же это недовольство не выходило за умеренные рамки. В 1999 г. Африканский национальный конгресс, получив почти две трети голосов на всеобщих парламентских выборах, еще больше укрепил свои позиции. Несмотря на огромную безработицу, ситуация в ЮАР была более стабильна, чем в большинстве стран Тропической и Южной Африки. Это привлекло в ЮАР настолько массовую иммиграцию из разоренных гражданскими войнами и бедствовавших соседних государств, что властям страны пришлось ее резко ограничить.
В КАНУН XXI СТОЛЕТИЯ
С началом 90-х годов в странах Тропической и Южной Африки произошли перемены - не только важные, но и весьма сложные, многозначные. Они вызваны как тенденциями развития самих африканских государств, прошедших к этому времени уже немалый путь, так и событием всемирного значения: окончанием "холодной войны". Прекратилась борьба двух блоков за влияние на Африку.
Проявляются тенденции к демократизации, к созданию гражданского общества. Большинство государств, где существовала однопартийная система, перешли к многопартийности. Правящие партии, в программах которых еще сохранялись положения о марксизме-ленинизме, отказались от этих установок, а в Эфиопии режим Менгисту Хайле Мариама, придерживавшийся таких положений, был свергнут в мае 1991 г.
Вместе с тем в 90-е годы этот регион охватили еще большие межэтнические конфликты и гражданские войны, чем в предыдущие десятилетия. Гражданская война с ярко выраженной этнической окраской, начавшаяся в Либерии в 1989 г., привела к массовому бегству жителей в соседние страны. Число беженцев достигло 1 млн. человек. Страна оказалась в состоянии разрухи. Лишь введение международных вооруженных сил несколько приглушило конфликт.
Внутриполитическая обстановка в соседней Республике Сьерра-Леоне была дестабилизирована в результате военных переворотов и вооруженных конфликтов, также приведших к гражданской войне. Вмешательство Организации африканского единства и ООН также несколько смягчило остроту конфликтов, но экономика страны - в состоянии глубочайшего кризиса.
В Сомали борьба между множеством военно-политических организаций, сформированных на кланово-племенной основе, привела к разрушению многих государственных структур и вызвала угрозу распада единого сомалийского государства. ООН провела в 1992-1995 гг. ряд операций, направленных на стабилизацию положения, но ожидаемых результатов они не принесли.
Кровавая трагедия развернулась в Руанде и Бурунди. Резкое обострение борьбы между народами тутси и хуту в середине 90-х годов привело к геноциду, жертвами которого в Руанде стали около 1 млн. человек. В Бурунди более 600 тыс. человек бежали в другие районы страны и еще более 350 тыс. - за ее пределы. Обстановка в Руанде и Бурунди усугублялась событиями в соседней Демократической Республике Конго, государстве, намного большем по численности населения (почти 50 млн. человек в 1999 г.) и по площади. Диктаторский режим Мобуту, установленный с 1965 г. в результате военного переворота, вызывал все большее недовольство в стране. Широкая вооруженная борьба против этого режима привела в 1997 г. к свержению Мобуту, но и новое правительство во главе с Л.-Д. Кабилой не смогло преодолеть нараставший долгие годы глубокий социально-экономический кризис и смягчить этнические противоречия. Вооруженная борьба против этого правительства, развернувшаяся на востоке страны, поставила под вопрос само сохранение Конго как единого государства.
В конголезский кризис оказался втянут ряд государств Африки: ЮАР, Ангола, Намибия, Уганда, Руанда, Зимбабве. Все они заявили о необходимости урегулировав ния конфликта, но при этом одна группа африканских государств поддержала центральное правительство Конго, а другая - повстанцев.
В Республике Чад, и без того ослабленной внутренними противоречиями и чадско-ливийскими военными действиями 1987 г., гражданская война начала 90-х годов привела к тому, что экономика страны оказалась почти разрушенной. Многолетняя вооруженная борьба Эритреи за отделение от Эфиопии, приведшая в 1993 г. к провозглашению независимости Эритреи, изнурила обе эти страны.
Правительство Зимбабве пыталось в 2000 г. отвести от себя гнев народа, разжигая ненависть к белым и поощряя захват ферм, принадлежащих белым.
Такие и подобные трагедии характеризуют положение на большой части Тропической и Южной Африки. В 90-х годах социально-экономический кризис становился все более очевиден. Этно-политические раздоры и религиозно-политический экстремизм приводили к ослаблению государственной власти и к угрозе самому существованию ряда государств. Шло отставание Африки от других регионов "третьего мира". Среднедушевой доход сократился из-за роста безработицы. Высокие темпы прироста населения еще больше обострили проблему занятости. Города не могли справиться с быстрым ростом урбанизации (в 2000 г. в Киншасе было уже около 5 млн. жителей, в Аддис-Абебе - около 3 млн.). Больно била по экономике Тропической и Южной Африки и конъюнктура мирового рынка: снижение цен на многие виды сырья. В 1996 г. во многих странах Африки (Гана, Замбия, Конго-Заир, Либерия, Малагасийская Республика, Нигер, Руанда, Сенегал, Чад, Центральной африканская Республика) среднедушевой доход был ниже уровня 1960 г.
К концу 90-х годов в некоторых государствах Африки все же наметился экономический рост, но еще нет достаточных оснований для уверенности, что этот рост окажется стабильным.
Суждения о тенденциях развития Африки и о ее перспективах, высказывавшиеся как в самой Африке, так и особенно за ее пределами, были отнюдь не радостными. Появилось даже выражение - "афропессимизм". В 50-70-х годах отечественные ученые объясняли трудности развития Африки почти исключительно губительным воздействием колониализма. Сейчас же, на рубеже XXI столетия, ищут объяснения и в характере доколониального прошлого. Подчеркивают в этом прошлом "дефицит социально-экономического динамизма" [20] и абсолютное господство идей и норм, направленных "на растворение личности и ее потребностей в коллективе, на подавление ее воли и сдерживание ее социальной и экономической активности, на сохранение ее психологической несвободы" [21].
Впечатления о трудностях Африки усугубляются мрачными суждениями о ней, широко бытующими в массовом Сознании, особенно в Европе. Об Африке говорят как о главном средоточии нищеты, голода, болезней, преступности, коррупции, непотизма. О том, что в Африке вырубаются леса - легкие всей планеты. О том, что Африка не возвращает миллиарды долгов, в частности и нашей стране. На Западе укоренилось мнение, что голоса африканских государств, представляющих треть состава ООН, сделали эту международную организацию недееспособной. В нашей стране нигерийцев винят в торговле наркотиками. Российские "бритоголовые" видят в африканцах главное зло - они якобы портят генофонд человечества.
Список подобных суждений и осуждений - разнообразных и противоречивых -можно продолжить. Многие из них в комментариях не нуждаются. Есть и такие, которые нельзя считать беспочвенными - коррупция, непотизм, этническая рознь и многое другое. Но разве все это присуще только Африке? "Россия еще не африканская страна, и ей есть чем гордиться" [22] - привожу это название статьи в одной из российских газет потому, что оно довольно верно передает отношение к Африке, распространившееся в нашей стране, как и во многих странах Европы. Но может ли гордиться перед Африкой Европа, давшая миру в XX в. Гитлера и Сталина? Или Азия, породившая Пол Пота? Латинская Америка - с ее чередой диктаторов чуть ли не в каждой из стран?
И даже Центральноафриканская империя с ее опереточным императором Бокас-сой, над которым так издевалась печать всего мира! Все ли помнят, что лишь четырьмя десятилетиями раньше, в 1936 г., Муссолини, выступая перед многотысячной ликующей толпой, провозгласил: "Спустя 15 веков Великая Римская империя возродилась на вечных, нетленных холмах Рима!". Поводом к этому послужили события на африканской земле - захват Эфиопии Италией. Итальянский король Виктор Эммануил III был провозглашен и императором Эфиопии, а Пьетро Бадольо, командовавший итальянским войсками в Эфиопии, - первым маршалом империи и герцогом Аддис-абебским [23].
Межэтнические конфликты? Да, это трагедия Африки. Взаимное истребление народов тутси и хуту никак не удается остановить. Но разве эта да и многие другие трагедии Африки присущи только народам этого континента? Разве мало сходного, например, в странах Азии и в республиках бывшего Советского Союза? Писатель Виктор Ерофеев, побывав в ЮАР и нарисовав неприглядную картину происходящего там, пришел к выводу, что ЮАР "похожа на Россию до того, что кажется страной-близнецом" [24]. Пусть это и не совсем верно, такой вывод наводит на размышления.
Сами же африканцы винят страны Севера - Европу (и далеко не в последнюю очередь нашу страну) и Северную Америку - в том, что с окончанием "холодной войны" их интерес к Африке заметно ослабел. Конечно, Африка находится в бедственном положении. Но как бы ни складывалась ее судьба, ее втягивание в общемировые связи будет ускоряться, а ее роль в мире возрастет. Достаточно привести только один фактор - демографический. Прирост населения во многих африканских странах на рубеже XX и XXI вв., несмотря на ужасные болезни, составляет 2,5-3%, а в некоторых - 3,5%. На фоне постарения населения Европы и сокращения численности жителей в ряде европейских государств значение этого фактора создает перспективу, с которой неизбежно придется считаться всем, на чью долю выпало жить в XXI в. По подсчетам экспертов ООН, численность африканцев к 2050 г. увеличится с 728 млн. до 4,6 млрд. человек и будет составлять более 40% населения Земли [25].
Даже если не верить точности подсчетов, тенденция все же показана верно, и на рубеже XX и XXI вв. она стала привлекать к себе все большее внимание по всему миру. В конце 1999 г. журналисты спросили министра иностранных дел России И.С. Иванова: "Пугает ли Вас демографический взрыв в Африке? Говорят, скоро неграм будет настолько тесно и голодно на своем континенте, что они просто хлынут в Европу". Он ответил, в частности: "Черная Африка продолжает нищать и разоряться. А Запад еще не осознал всерьез эту проблему" [26]. В вопросе, как бы по-обывательски он ни был сформулирован, - тревога. А в ответе - что задача осознавать эту проблему лежит на государствах Запада. Почему только Запада? А мы, Россия? Мы можем оставаться в стороне? Этот вопрос неизбежно возникает.
В XXI в. Африка не только будет испытывать на себе влияние Севера и вообще остального мира, но и оказывать на них все большее воздействие. Ее влияние отнюдь не исчерпывается переселением миллионов африканцев в Европу. Оно уже сказывается и неизбежно будет все больше сказываться на вкусах и настроениях и в целом на порядках культурной, политической и государственной жизни Севера, даже на нормах поведения и морали. А идеи афроцентризма, как и востокоцентризма, быстро развиваясь и усиливаясь, теснят привычный миру евроцентризм.

?

Log in